vit_r

Немного про ГУЛАГ и его производные.

Алхас Абгаджава

Все продолжаем удивляться, почему все главные новости в стране начинаются со слов "задержан", "пришли с обыском", "возбуждено уголовное дело" и так далее. А вы просто не поленитесь и посмотрите на бюджет РФ в цифрах, графиках и процентах.

Расходы на правоохранительную деятельность (оборона сюда не входит, разумеется) составляют 11,7 %, это 1,8 триллиона рублей. В то же время на образование и здравоохранение вместе взятые - 6,5 %, то есть в два раза меньше.

Симбиозона. Ольга Романова — о том, как тюрьма и государство стали единой корпорацией

Что нужно от жизни начальнику ИК? Чтобы не лезли. Чтобы поменьше проверок, чтобы он мог спокойно делать свой бизнес на промышленных объектах зоны, на заключенных, желающих улучшения бытовых условий и выхода условно-досрочно, на родственниках заключенных, которые делают бесконечные ремонты клубов-бараков-бань, а бюджетные деньги, на это в обязательном порядке выделяемые, распиливаются под корень. Не надо начальнику никакого лишнего внимания.

Что нужно смотрящему? Примерно того же — чтобы не лезли в его дела.

Итак, интересы совпали.

Ольга Романова

Красные почернели, черные покраснели. В черных зонах обычно рулят блатные, в красных - менты, но в последние годы коррупция, ослабление «понятий» и воровских традиций сделали своё дело. Зато появляются зелёные зоны. Там реальная сила - радикальные исламисты. И если туда попадает мирный мусульманин, он неизбежно попадает «под влияние». Тюрьма сейчас плодит именно радикалов.

А вот мирные Свидетели Иеговы считаются экстремистами и их сажают в тюрьму. «Мемориал» признал еще 75 верующих политзаключенными. Теперь их стало 154. Как минимум семерых из них пытали в Сургуте. Почему они в тюрьме? Чтобы что? Чтобы отказались от Бога?

Виктор Васильев, аспирант экономического факультета МГУ им. Ломоносова, бывший заключенный ИК-8 ФСИН Республики Бурятия

Есть память поколений. И в ней, безусловно, осталась эта вечная мерзлота, — священная скрепа российской государственности. Как только она оттает, то русские просто разбегутся. На этот раз не по окраинам Империи, а по всему миру. Благо новый мир не имеет прежних ограничений, и открывает огромные возможности.

Вся беда лишь в том, что пытки холодом никуда не делись. Пенитенциарная система в России практикует пытки холодом. Именно пытки.

Дело было ранней весной. В «холодильнике» я весь день ходил взад-вперед по отмеренным мне 4 метрам. Отжимался. Раздевался и растирался мокрым полотенцем. Мелкая дрожь не оставляла меня никогда. После отбоя я засыпал лишь на пару часов. И просыпался от холода после полуночи, когда температура на улице понижалась до -10, а в «моем холодильнике» становилась «около ноля». Казалось, что от постоянного мышечного напряжения (единственный источник тепла) остановится сердце. Использовать термобелье, или какое-либо белье дополнительно к тонкой и искусственно-стеклянной робе администрация не разрешала.

В этом году все уличные видеокамеры Москвы подключат к системе распознавания лиц, позволяющей с большой точностью идентифицировать личность.