Про креативность
Dec. 21st, 2017 12:15 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
vit_rПо поводу начавшегося в ленте обсуждения тяжёлой судьбы нестадных детей, решил добавить небольшой комментарий.
В мотивирующих книгах для слабого пола пишут, что правильно адаптироваться - это значит стать коварной стервой. Это, конечно, порицаемо христианской традицией, но позволяет эффективно двигаться в обществе.
Если приглядеться, я, будучи умненьким мальчиком, слишком спокойно пережил не только детский сад (в котором были вменяемые воспитательницы), но и школу (где в возрасте перехода в комсомол классной была редкостная дура, да и контингент, не смотря на языковую специализацию, был набран в основном "по месту прописки").
Думаю, ключевым моментом стало то, что уже в первом классе я был упомянут на родительском собрании во главе списка зачинщиков борьбы с учительницей ритмики.
К радости детей ненавистный предмет после первого года отменили, а класс получил позитивный опыт, который не смогли вытравить ни учителя, ни родители.
В результате, дети научились уважать чужие границы, как образцовые октябрята, а потом пионеры решать проблемы в спокойном обсуждении и в нужные моменты отбрасывать противоречия и объединяться для достижения общих целей.
Судя по резко отрицательным отзывам братьев одноклассников, попавшим на первые три года к той же классной, это было необычно даже для нашей языковой спецшколы.
Хотите верьте, хотите - нет, но свою более-менее спокойную нишу нашли даже два придурка-отличника, один из которых после десятого пошёл в универ на Историю КПСС и слёг в дурдом после первой сессии, а второй был эмоционально не стабилен. Когда девочки объединились и решили проучить их за задирание юбок, мальчики выступили сдерживающим фактором, отметив справедливость действий, но указав, что нельзя доводить одноклассника до истерик, даже если он этого заслуживает.
Дети, способные самоутверждаться только силой, с самого начала начали отодвигаться на периферию. Я могу припомнить только какие-то стычки в начальных классах. Когда мы стали старше, всё очень быстро всплывало до уровня учителей и родителей.
Значительная часть из нас ходила мимо школы гопников, так что изредка происходили внешние стычки вплоть до грабежей с угрозой холодным оружием. Но внутри школы мне было достаточно комфортно.
В 239 всё было совсем хорошо и можно было отдалиться от коллектива на любую удобную дистанцию. В ЛИТМО просто подобралась очень интересная команда и крутые преподаватели.
Я не припомню случаев, когда сам выступал против коллектива. (По крайней мере, выступал, не заручившись поддержкой нескольких сторонников.) С учителями были конфликты. В большинстве случаев коллективные. В некоторых - чисто индивидуальные.
В восьмом, даже, получил четвёрки за математику. "У тебя нет ни одной контрольной ниже пятёрки и на экзаменах ответы лучшие в классе, но я же не могу поставить тебе отлично, когда у тебя столько двоек". (Вроде, где-то ещё валяется дневник, в котором стоят записи по типу "Нагло улыбался на уроке. Два!")
В 239 прорвался только на дипломах за городские олимпиады. В десятом физик попался вредный, пришлось опять доходить до городской. Получил пять по умолчанию при полной безэмоциональности и минимальном числе контактов.
Тройка по литературе в аттестате о среднем образовании доставила удовольствие только учительнице. Мне было пофиг. Зла на неё не держу, она была интересна чисто как психологический феномен. К тому же, к этому возрасту я уже достаточно прочитал литературы по психологии, чтобы быть сколько-нибудь ранимым.
Видимо, у меня нет опыта выживания, который я мог бы передать детям. Приходится их учить идти напролом.
В мотивирующих книгах для слабого пола пишут, что правильно адаптироваться - это значит стать коварной стервой. Это, конечно, порицаемо христианской традицией, но позволяет эффективно двигаться в обществе.
Если приглядеться, я, будучи умненьким мальчиком, слишком спокойно пережил не только детский сад (в котором были вменяемые воспитательницы), но и школу (где в возрасте перехода в комсомол классной была редкостная дура, да и контингент, не смотря на языковую специализацию, был набран в основном "по месту прописки").
Думаю, ключевым моментом стало то, что уже в первом классе я был упомянут на родительском собрании во главе списка зачинщиков борьбы с учительницей ритмики.
К радости детей ненавистный предмет после первого года отменили, а класс получил позитивный опыт, который не смогли вытравить ни учителя, ни родители.
В результате, дети научились уважать чужие границы, как образцовые октябрята, а потом пионеры решать проблемы в спокойном обсуждении и в нужные моменты отбрасывать противоречия и объединяться для достижения общих целей.
Судя по резко отрицательным отзывам братьев одноклассников, попавшим на первые три года к той же классной, это было необычно даже для нашей языковой спецшколы.
Хотите верьте, хотите - нет, но свою более-менее спокойную нишу нашли даже два придурка-отличника, один из которых после десятого пошёл в универ на Историю КПСС и слёг в дурдом после первой сессии, а второй был эмоционально не стабилен. Когда девочки объединились и решили проучить их за задирание юбок, мальчики выступили сдерживающим фактором, отметив справедливость действий, но указав, что нельзя доводить одноклассника до истерик, даже если он этого заслуживает.
Дети, способные самоутверждаться только силой, с самого начала начали отодвигаться на периферию. Я могу припомнить только какие-то стычки в начальных классах. Когда мы стали старше, всё очень быстро всплывало до уровня учителей и родителей.
Значительная часть из нас ходила мимо школы гопников, так что изредка происходили внешние стычки вплоть до грабежей с угрозой холодным оружием. Но внутри школы мне было достаточно комфортно.
В 239 всё было совсем хорошо и можно было отдалиться от коллектива на любую удобную дистанцию. В ЛИТМО просто подобралась очень интересная команда и крутые преподаватели.
Я не припомню случаев, когда сам выступал против коллектива. (По крайней мере, выступал, не заручившись поддержкой нескольких сторонников.) С учителями были конфликты. В большинстве случаев коллективные. В некоторых - чисто индивидуальные.
В восьмом, даже, получил четвёрки за математику. "У тебя нет ни одной контрольной ниже пятёрки и на экзаменах ответы лучшие в классе, но я же не могу поставить тебе отлично, когда у тебя столько двоек". (Вроде, где-то ещё валяется дневник, в котором стоят записи по типу "Нагло улыбался на уроке. Два!")
В 239 прорвался только на дипломах за городские олимпиады. В десятом физик попался вредный, пришлось опять доходить до городской. Получил пять по умолчанию при полной безэмоциональности и минимальном числе контактов.
Тройка по литературе в аттестате о среднем образовании доставила удовольствие только учительнице. Мне было пофиг. Зла на неё не держу, она была интересна чисто как психологический феномен. К тому же, к этому возрасту я уже достаточно прочитал литературы по психологии, чтобы быть сколько-нибудь ранимым.
Видимо, у меня нет опыта выживания, который я мог бы передать детям. Приходится их учить идти напролом.
